С ф ахромеев. Ахромеев, Сергей Фёдорович
Сергей Фёдорович Ахромеев (5.05.1923 - 24.08.1991) - офицер СССР, Герой Советского Союза (1982), Маршал Советского Союза (1983).Окончил Военную академию бронетанковых войск. Член КПСС с 1943 года.
В годы Великой отечественной войны - младший офицер, был награждён за участие в обороне Ленинграда во время блокады.
С 1974 года - заместитель начальника, с 1979 года - первый заместитель; в 1984-1988 гг. - Начальник Генерального штаба Вооружённых сил СССР, первый замминистра обороны СССР.
Лауреат Ленинской премии 1980 года.С 1981 года - кандидат; в 1983-1990 гг. - член ЦК КПСС. В 1982 году ему присвоено звание Героя Советского Союза. В 1983 году получил звание маршала.
С 1988 года - советник председателя Президиума ВС СССР, с мая
1989 года - советник председателя ВС СССР. С марта 1990 года -
советник Президента СССР.
В 1984-1989 гг. - депутат Верховного Совета СССР. В марте 1989 года
избран народным депутатом СССР от Бельского терр. округа 697
(Молдавия). Член Верховного Совета СССР, Комитета ВС СССР по
вопросам обороны и безопасности.
В должности начальника Генерального Штаба неоднократно участвовал в переговорах, положивших конец холодной войне. Вместе с тем росли его разногласия с М. С. Горбачёвым; он высказывал несогласие с военной реформой и ослаблением советской военной мощи, в связи с чем ушёл в отставку. После отставки неоднократно выступал в печати со статьями, где говорил об опасности быстрого завоевания СССР странами НАТО. В марте 1990 г. был назначен советником Президента СССР по военным делам.
Во время ГКЧП (август 1991 г.) Ахромеев вернулся в Москву из Сочи, где он проводил отпуск, и предложил своё содействие членам ГКЧП. После провала ГКЧП он был найден повешенным в своём кремлёвском кабинете. Он оставил письма членам своей семьи, а также записку, где говорил, что уходит из жизни, не в силах видеть крушение всего того, чему он посвятил свою жизнь.
Похоронен на Троекуровском кладбище. Вскоре после его смерти была разграблена его могила, откуда похищен маршальский мундир, который так и не был впоследствии обнаружен.
Человек чести и долга
Генерал армии Махмут ГАРЕЕВ
Сергей Федорович Ахромеев родился 5 мая 1923 года в Мордовии. Как без знания глубинных истоков Великой французской революции нельзя понять, как сын конюха Мюрат стал маршалом Франции, так и без учета того, что произошло в нашей стране после 1917 года, невозможно в полной мере уяснить, как крестьянский сын Сергей Ахромеев стал Маршалом Советского Союза.
Как и все молодые люди нашего поколения, он воспитывался на героике революционного движения, гражданской войны, Хасана, Халхин-Гола, испанских республиканцев, вдохновляющем труде отцов и матерей по строительству новой жизни. Некоторые современные политики, мечущиеся историки, журналисты в 20 - 30-х годах ничего, кроме тоталитаризма, не могут разглядеть. Но тот, кто, независимо от своих политических наклонностей, хочет по-настоящему разобраться в нашей истории, не может не обратить внимания на то, что подавляющее большинство народа, веками пребывавшего в угнетении и бесправии, впервые в истории получило широчайший доступ к образованию, культуре. Не только дворяне и буржуа, как это было прежде, но и люди, бывшие на самом дне российского общества, обрели возможность проявить себя во всех сферах государственной и общественной жизни. Это вызывало огромный энтузиазм, воодушевление, дерзание и творчество во всех отраслях общественной жизни. Да, были и негативные проявления насильственной коллективизации, имели место жестокие репрессии. Но их масштабы и последствия стали известны гораздо позже. Мы, молодые люди того времени, не всегда знали обо всем и не так остро ощущали многие трагические события, касающиеся других людей.
Несмотря на идеологический пресс, именно в 30-е, военные и послевоенные годы были созданы выдающиеся литературные и музыкальные произведения, которым жить в веках. В последние 10 - 15 лет этого нет и в помине. Поколение Сергея Ахромеева воспитывалось на книгах Н. Островского, А. Фадеева, Ф. Гладкова, А. Толстого, А. Гайдара, К. Симонова... Разве можно воспитать достойного гражданина и воина на примере солдата Чонкина В. Войновича, книгах Г. Владимова, последних романах В. Астафьева и подобных им писателей, исправно получавших и получающих между тем всевозможные премии?
С.Ф. Ахромеев начал военную службу в 1940 году, поступив в военно-морское училище. Но с началом войны, в самые тяжкие для нашей Родины дни, вместе с другими курсантами был направлен в морскую пехоту - защищать Ленинград. Воспитание и жизненная закалка 30-х годов формировали беспредельную преданность Родине и характер многих тысяч таких людей, как Сергей Ахромеев. Он воевал в составе Ленинградского, Сталинградского, Южного и 4-го Украинского фронтов.
В свое время Маршал Советского Союза Г.К. Жуков говорил, что высшее достоинство человека состоит не в том, чтобы взлететь на большую должность и мучить этим себя и других, а в том, чтобы на любом посту хорошо и исправно делать порученное дело. Этого принципа всю жизнь придерживался и Сергей Федорович Ахромеев.
На любой должности, на любом посту он работал не просто добросовестно, усердно, а самоотверженно, всего себя без остатка подчиняя интересам дела. Говорят, когда у одного великого человека перед смертью спросили, как он мог на протяжении всего одной жизни столько сделать и написать, он ответил: «Если бы любой другой человек столько работал, как я, он бы достиг значительно большего». Об этом не раз приходилось вспоминать, когда возникли противоречивые разговоры вокруг присвоения С.Ф. Ахромееву высшего воинского звания - Маршал Советского Союза на должности первого заместителя начальника Генерального штаба, чего в истории нашей страны никогда еще не было. Приводили в противовес пример с А.И. Антоновым, который во время войны был и первым заместителем начальника, и начальником Генерального штаба, однако маршальского звания не удостоился.
Во время Великой Отечественной войны этого высшего
воинского звания, включая самого И.В. Сталина, удостоились только
девять военачальников. Конечно, и А.И. Антонов заслуживал этого
звания. Но в таких делах нередко имели значение не только заслуги,
но и соответствующая конъюнктура в высших кругах. И в случае с С.Ф.
Ахромеевым сыграло роль определенное стечение обстоятельств. Но
независимо от этого можно со всей определенностью сказать, что
Сергей Федорович достиг вершин исключительно своей кровью, потом и
трудом.
С.Ф. Ахромеев был одним из тех молодых командиров, которым пришлось
вступать в бой спустя несколько месяцев после начала войны, когда
из-за просчетов политического руководства основная часть регулярной
армии, ее вооружение, кадровые дивизии и командный состав были уже
потеряны. Это сейчас в исторической литературе события порой
изображаются так, будто под Ленинградом, Москвой или Сталинградом
сошлись две свеженькие армии, встречаются рассуждения о том, как
хорошо воевали фашисты, которые до этого обрели двухлетний опыт
ведения войны и для которых так благоприятно сложилось начало войны
в 1941 году, и как плохо воевали мы.
И не учитывается то, что Сергею Ахромееву, как и многим другим командирам Красной Армии, очень часто приходилось действовать в составе наспех сформированных или пополненных дивизий. После неудач и утрат первых месяцев Великой Отечественной войны остро недоставало оружия и боеприпасов, особенно средств связи и разведки, да и у нас, молодых командиров, и тех, кто пришел из запаса, многое действительно не получалось. У нас еще не было того боевого опыта и слаженности в управлении, каким обладал противник. Без учета всего этого ничего нельзя толком понять во всем последующем ходе войны.
Вспоминая безвременно ушедшего от нас Сергея Федоровича, обо всем этом приходится говорить еще и потому, что первые бои в столь тяжелой войне были и первым суровым испытанием, и одновременно закалкой характера. Наши командиры учились, в том числе у жестокого врага, постигать новые явления войны и секреты военного искусства, на горьком опыте убеждаясь, сколь велика, оказывается, дистанция между теоретическими знаниями и умением творчески применять их с учетом конкретных условий обстановки. Служебные характеристики, отзывы знавших его людей и сами боевые дела свидетельствуют о том, что С.Ф. Ахромеев, как и большинство его сверстников, выдержал все эти испытания. Больше того, результаты этого боевого крещения, крутой перелом в военном мышлении и формировании организаторских способностей как раз и заложили основы для его последующего становления как крупного военачальника. Нелегко все это досталось. Согласно статистике, из людей 1921 – 1923 гг. рождения – 18-20-летних парней, которые, будучи в начале войны солдатами, сержантами, молодыми офицерами, воевали в низовом звене, к концу войны в живых осталось не более 4 процентов.
Сергей Федорович всю жизнь благодарил судьбу за то, что оказался в числе выживших, и всегда чувствовал огромную ответственность за то, чтобы никогда больше не повторились ошибки 1941 – 1942 годов, постоянно думал и неустанно работал над тем, чтобы подготовить новое достойное поколение офицеров.
С.Ф. Ахромеев на протяжении всей войны был в самом ее пекле. Командовал взводом, был адъютантом, старшим (начальником штаба) батальона, командиром батальона: почти 4 года усердно и умело воевал. Был награжден орденом Красной Звезды и несколькими медалями. В те времена не очень-то баловали наградами. И тем обиднее, что в наше время некоторые ветераны увешивают одежду различного рода значками, среди которых боевых наград и не разглядишь.
После войны С.Ф. Ахромеев был зачислен в Академию
бронетанковых войск и окончил ее с золотой медалью. Затем служил
начальником штаба, командиром танкового полка, начальником штаба
дивизии. В Белорусском военном округе последовательно командовал
двумя дивизиями – сначала танковой в Бобруйске, затем
учебно-танковой под Борисовом.
В 1967 году опять же с золотой медалью окончил Академию Генерального
штаба и в последующем был начальником штаба армии, командующим 7-й
танковой армией, начальником штаба Дальневосточного военного округа.
На всех этих должностях С.Ф. Ахромеев показал себя весьма энергичным, трудолюбивым, умным и волевым руководителем. На должностях командарма и начальника штаба округа особо проявились также его отменные оперативные способности, умение мыслить широко и масштабно. На это обратили внимание, и по предложению начальника Генерального штаба генерала армии В.Г. Куликова С.Ф. Ахромеев был назначен, может быть, на самую трудную и ответственную должность в Вооруженных Силах – начальника Главного оперативного управления – заместителя начальника Генерального штаба Вооруженных Сил. Успешно проработав в этой должности с 1974 по 1979 год, он становится первым заместителем начальника Генерального штаба.
Работая в Генеральном штабе под руководством В.Г. Куликова и Н.В. Огаркова, С.Ф. Ахромеев много сделал для повышения качества стратегического планирования, оперативности и организованности в управлении войсками (силами) и в целом боевой готовности Вооруженных Сил.
Став в 1984 году начальником Генерального штаба, он особенно много внимания уделял повышению эффективности оперативной подготовки, качества учений и маневров, в том числе опытных и исследовательских, заботился об органическом соединении оперативной подготовки и военно-научной работы. За исследование и разработку новых систем автоматизированного управления Вооруженными Силами он был удостоен Ленинской премии.
Аттестуя в 1978 году своего заместителя, начальник
Генерального штаба Вооруженных Сил СССР Н.В. Огарков писал, что С.Ф.
Ахромеев хорошо знает состояние и перспективы развития вооруженных
сил вероятного противника, что этот волевой, решительный генерал
ответственности и трудностей в работе не боится.
В должности первого заместителя начальника Генерального штаба С.Ф.
Ахромееву пришлось больше всего заниматься делами Афганистана, где
он вместе с Маршалом Советского Союза С.Л. Соколовым в короткие
сроки выполнил сложнейшую работу по подготовке и вводу войск 40-й
армии в Афганистан, оказанию помощи в строительстве афганской
республиканской армии, координации военных действий советских и
правительственных войск. Он, как всегда, неутомимо работал в высших
органах военного управления, плодотворно сотрудничал с нашими
дипломатами во главе с Ф.А. Табеевым, часто бывал в самых
напряженных зонах боевых действий, проявляя мужество и личную
храбрость. По итогам работы в Афганистане С.Ф. Ахромееву было
присвоено звание Героя Советского Союза.
У каждого военачальника есть особенности. С.Ф. Ахромеев был сторонником незыблемости армейских устоев, у него была своего рода аллергия ко всякого рода реформаторским подходам, порою даже когда от них уже нельзя было уклониться. На этой почве возникали и определенные противоречия, но в конечном счете он мог и соглашаться, когда новые предложения были жизненными и обоснованными.
Должность начальника Генерального штаба, кроме руководства Вооруженными Силами, требовала также большого внимания к военно-политическим делам. С середины 80-х годов начинался новый этап в жизни нашей страны, небывало активизировались переговорные процессы по сокращению вооружений и международному контролю за военной сферой деятельности. Работа в этой области отнимала много времени, рождала множество конфликтных ситуаций во взаимодействии с Министерством иностранных дел, высшими партийными и правительственными органами, вызывала постоянное нервное напряжение.
С.Ф. Ахромеев вначале с энтузиазмом поддержал некоторые начинания М.С. Горбачева, направленные на оздоровление международной обстановки и укрепление стратегической стабильности. Даже когда мы, его соратники, выражали свое несогласие с установками типа "война теперь уже не является продолжением политики" или когда ограничивалась деятельность сухопутных войск, но вне всякого контроля оставались военно-морские силы, где США имели огромное преимущество, и по другим вопросам, Сергей Федорович, будучи человеком дисциплинированным, исполнительным, считал возможным мириться с некоторыми крайностями. Ради того, чтобы не обострять отношений с политическим руководством и сохранить возможность позитивного влияния на него. Он понимал, что многое делается уже неправильно, в ущерб интересам нашей страны, но, будучи сам человеком честным, был уверен, что такими должны быть и другие люди, полагая, что все это делается по недоразумению, по чьим-то необъективным докладам. Он стремился отрешиться от мысли, что кто-то умышленно действует во вред нашей стране или совершает предательство.
С.Ф. Ахромеев был действительно беспредельно предан советскому государству и своему народу, верен их традициям. И сколько я его помню, на протяжении многих десятилетий, любой разговор на тему о том, что в нашем государстве или Вооруженных Силах что-то не ладится, он встречал с протестом и негодованием. В глубине души, возможно, он какое-то неблагополучие сознавал, но было сверх его сил что-то из этого признавать. Такую ортодоксальность не все могут принять. Но несмотря на ее изъяны, все же это более достойно, чем поведение людей, которые колеблются с линией любой партии, приближающейся к власти.
Но по важнейшим вопросам С.Ф. Ахромеев был принципиален и твердо отстаивал интересы страны. Правда, добиться правильных решений не всегда удавалось. Ибо некоторые наиболее важные вопросы решались за кулисами, давали о себе знать всякого рода интриги, и ему не так просто было добиваться принятия и утверждения своих предложений. Поскольку в последнее время в печати появились обвинения в адрес Ахромеева, будто бы он тоже приложил руку к уничтожению ракет «Ока», которые имели дальность пуска менее 500 км, сошлюсь на такого осведомленного и авторитетного человека, как А.Ф. Добрынин, и его книгу «Сугубо доверительно».
«В апреле 1987 года, – пишет он, – в Москву приехал госсекретарь США Шульц для переговоров по евроракетам. Горбачев попросил маршала Ахромеева и меня подготовить для него памятную записку с изложенными рекомендациями. Мы это сделали. Ахромеев специально подчеркнул, что Шульц, видимо, будет опять настаивать на сокращении ракет СС-23... и что на это нельзя соглашаться. Ахромеев не случайно настаивал на этом – наши военные знали, что Шеварднадзе был склонен уступить американцам в вопросе о ракетах СС-23 ради достижения быстрейшего компромисса, хотя прямо на Политбюро он так вопрос не ставил, но за кулисами обрабатывал Горбачева.
После длительного разговора Шульц сказал Горбачеву, что он может наконец твердо заявить, что оставшиеся еще спорные вопросы могут быть быстро решены в духе компромисса и что он, Горбачев, может смело приехать в Вашингтон (как это давно планировалось) в ближайшее время для подписания важного соглашения о ликвидации ракет средней дальности, если он согласится включить в соглашение ракеты СС-23. После некоторых колебаний Горбачев, к большому нашему изумлению – Ахромеева и моему, – заявил: «Договорились». Он пожал руку Шульцу, и они разошлись.
Ахромеев был ошеломлен. Он спросил, не знаю ли я, почему Горбачев в последний момент изменил нашу позицию. Я так же, как и он, был крайне удивлен. Что делать? Решили, что Ахромеев сразу же пойдет к Горбачеву. Через полчаса он вернулся, явно обескураженный. Когда он спросил Горбачева, почему он так неожиданно согласился на уничтожение целого класса наших новых ракет и ничего не получил существенного взамен, Горбачев вначале сказал, что он забыл про предупреждение в нашем меморандуме и что он, видимо, совершил тут ошибку. Ахромеев тут же предложил сообщить Шульцу, благо он еще не вылетел из Москвы, что произошло недоразумение, и вновь подтвердить нашу старую позицию по этим ракетам. «Ты что, предлагаешь сказать госсекретарю, что я, Генеральный секретарь, некомпетентен в военных вопросах, а после корректировки со стороны советских генералов я теперь меняю свою позицию и отзываю данное уже мною слово?»
Примерно в таком же духе решались и другие вопросы.
За два месяца до трагической гибели маршал Ахромеев подал президенту
заявление о своем уходе, откровенно заявив, что в сложившихся
условиях шельмования военных, поспешного, одностороннего разоружения
он не имеет морального права занимать пост рядом с президентом,
отказывается участвовать в разрушении армии и Отечества.
Вообще уход С.Ф. Ахромеева с поста начальника Генерального штаба почти одновременно со сменой министра обороны был крайне несвоевременным. Сменились два главных лица, стоявшие во главе Вооруженных Сил. Тем более что с самого начала у него налаживалась доверительная, согласованная с новым министром обороны Д.Т. Язовым работа. Кроме того, ушли некоторые заместители, помощники НГШ, игравшие ключевую роль в Генеральном штабе, что не могло не сказаться на его деятельности.
Назначение С.Ф. Ахромеева помощником М.С. Горбачева, видимо, представлялось как возможность как-то позитивно влиять на него. Но маршал попал в окружение таких заядлых интриганов, противостоять которым было непросто, и он при «дворе» серьезного влияния уже не имел.
Как-то в дружеской беседе один из командующих войсками военного округа спросил у Сергея Федоровича: сложился ли тут у вас такой же дружный коллектив, как это было в танковой армии или округе? На что после тяжелого вздоха С.Ф. Ахромеев с печальной улыбкой ответил: «Такое искреннее, бескорыстное товарищество бывает только в войсках».
В целом Сергей Федорович Ахромеев был человеком и военачальником высокой чести и достоинства, до конца верным присяге и своему долгу. Он обладал прекрасной памятью и незаурядным аналитическим умом. Из времен войны известен случай, когда он с гранатой в руках оставался в подбитом танке, пока на выручку не прибыли наши разведчики. Будучи командиром полка и дивизии, даже в обычные дни, когда не было учений, он спал не более 5 – 6 часов в сутки, а все остальное время работал. Нередко в 4 – 5 часов утра он вызывал на танкодром или танковую директрису командиров полков. Это рождало, разумеется, и нарекания, но он исходил из того, что пока дело не налажено, служебные обязанности в полной мере не выполнены, ни о каком отдыхе или расслаблении не может быть и речи. Помню полет из Ташкента в Москву после проведенного под его руководством учения, где мы трое суток почти не спали. Сев в самолет, он не позволил себе подремать и до конца полета корпел над документами.
Будучи очень строгим и требовательным к себе и подчиненным, в самой напряженной обстановке он не терял самообладания, проявлял выдержку и всегда был очень тактичным в обращении с подчиненными.
И друзья, и недоброжелатели Сергея Федоровича единодушно отмечали такую его черту, как кристальная честность и порядочность, проявлявшаяся даже в мелочах. На любой должности, которую он занимал, не могло быть и речи о каких-либо злоупотреблениях с его стороны. Когда было издано постановление ЦК КПСС и правительства об обязательной сдаче зарубежных подарков (дороже 500 рублей) в доход государства, он оказался первым и одним из немногих, кто это постановление щепетильно выполнял.
Самоотверженная жизнь и деятельность С.Ф. Ахромеева,
его стремление до конца отдаваться интересам военной службы, всегда
будут служить примером для новых поколений офицеров.
Авторитету и самоотверженной работе Сергея Федоровича немало
способствовала его супруга Тамара Васильевна, которая своим глубоким
пониманием смысла военной службы всячески поддерживала его, трепетно
заботилась о нем и своим обаянием помогала сплачивать женские
коллективы, что так много значат в военной среде.
Человек столь высокой чести и достоинства не мог, конечно, выдержать то, что случилось с нашим государством в 1991 году. 24.08.91 г. он оставил записку: «Не могу жить, когда гибнет мое Отечество и уничтожается все, что я всегда считал смыслом моей жизни. Возраст и прошедшая моя жизнь дают мне право из жизни уйти. Я боролся до конца. Ахромеев».
И если уж говорить совсем откровенно, то и погиб он прежде всего потому, что был самым совестливым среди окружавших его людей.
25 марта 1983 года генералу армии С. Ф. Ахромееву Указом Президиума Верховного Совета СССР было присвоено звание Маршала Советского Союза. Коммунистическая партия и Советское правительство воспитали плеяду советских полководцев и военачальников. Среди них достойное место занимает наш земляк Сергей Фёдорович Ахромеев – Герой Советского Союза, Маршал Советского Союза, начальник Генерального штаба Вооружённых Сил СССР, первый заместитель Министр обороны СССР.
Биография Сергея Фёдоровича по-своему примечательна. Родился он 5-го мая 1923 в селе Виндрей Торбеевского района в крестьянской семье. Там прошло его детство, оттуда он с матерью в тридцатые годы приехал в Москву. Окончил среднюю школу, стал комсомольцем.
Семнадцатилетним юношей в1940 году он становится курсантом Высшего военно-морского училища имени М. В. Фрунзе. Неизвестно, по каким бы ступенькам флотской службы пришлось бы пройти Ахромееву, если бы не вероломное нападение гитлеровской Германии на нашу Родину. Фашисты сломали планы не только будущего морского офицера Ахромеева, но и всего советского народа.
Сейчас трудно представить себе маршала Ахромеева в роли помощника командира взвода курсантов 3-й морской бригады Ленинградского военного округа, когда он со своими однокурсниками стоял на пути вражеских танков и гитлеровских пехотинцев, которые рвались к Ленинграду. Сергею Фёдоровичу пришлось участвовать в боях не только на Ленинградском, но и на Сталинградском и 4-м Украинском фронтах.
В боях закалялась воля молодого помощника командира взвода, росло его умение бить ненавистного врага. Ахромееву и его товарищам не раз приходилось выполнять сложные задания командования, отсекать от танков наступавших гитлеровцев, стойко оборонять свои рубежи.
В конце 1941 года осколок крупповской стали сделал первую отметку на теле Ахромеева. По апрель 1942 года он находился в госпитале в городе Астрахани, а после госпиталя – снова фронт, снова бои.
В октябре 1942 года С. Ф. Ахромееву было присвоено звание лейтенанта. В 1943 году он стал членом партии коммунистов. В двадцать лет командовал батальоном. Ахромеев понимал, что ему, офицеру, члену партии, многое дано, но многое с него и спросится. Он видел, как отличные командирские качества помогали его товарищам умело выполнять поставленные задачи. Он учился у них, перенимал опыт. Подчинённые Ахромеева высоко ценили незаурядные способности своего командира, который был моложе многих бойцов батальона. Бойцы знали и видели, каков их ком-бат в бою. С него брали пример, за ним смело шли в атаки на врага.
Всем бойцам были известны его личная храбрость и честность: не простит никакого обмана подчинённому, не прибавит заслуг себе. Командир батальона всегда стремился добиваться большого успеха малой кровью, старался по-отечески поговорить с ранеными бойцами, вовремя представить отличившихся к награде.
В ноябре 1944 года С. Ф. Ахромеев с должности командира батальона автоматчиков 14-й самоходной артиллерийской бригады был направлен на учёбу в Высшую офицерскую школу самоходной артиллерии. Окончив её, он снова командует батальоном.
В 1952 году С. Ф. Ахромеев с отличием окончил Военную академию бронетанковых войск. Изучение теории военного искусства для многих, прошедших практику великой войны, оказалось делом не менее сложным, чем ведение боя.
После окончания академии Сергей Фёдорович возглавил штаб полка, а вскоре и танковый полк, был заместителем командира мотострелковой, а затем танковой дивизии, командовал танковой дивизией. Годы наполнялись напряжённой работой по укреплению оборонной мощи страны. В апреле 1964 года С. Ф. Ахромеев стал генерал-майором танковых войск.
Вскоре он был послан на учёбу в Академию Генерального штаба Вооружённых Сил СССР имени К. Е. Ворошиловым. Обогатившись знаниями военного искусства, Сергей Фёдорович расширил свой оперативно-стратегический кругозор, что помогло и помогает ему успешно выполнять задачи по укреплению оборонной мощи нашей Родины.
Полевой академией для Сергея Фёдоровича стал многолетняя служба в войсках на Дальнем Востоке и в Белоруссии. В это время в работе С. Ф. Ахромеева проявились такие качества, как всестороннее знание дела, широкий военно-теоретический кругозор, умение на практике применять полученные знания и опыт Великой Отечественной войны, выдвигать и растить способных командиров.
Автору этих строк неоднократно приходилось встречаться с офицерами и генералами – уроженцами Мордовии, которые в различное время служили под командованием С. Ф. Ахромеева. Они рассказывали о том, как Сергей Фёдорович всегда скрупулёзно анализировал состояние боевой подготовки и готовности частей, вместе с командирами и политработниками намечал мероприятия, направленные на повышение боевой выучки войск, внимательно выслушивал предложения, просьбы, помогал решать бытовые вопросы офицеров, солдат.
…Всё дальше в прошлое уходят грозные годы Великой Отечественной войны, всё меньше в строю остаётся её ветеранов. Нелёгкое бремя воинской службы принимает на себя новое поколение, в том числе молодые, но уже достаточно опытные военачальники. С 1974 года С. Ф. Ахромеев работает на ответственных постах в центральном аппарате Министерства обороны СССР.
Служебную деятельность Сергей Фёдорович сочетает с активной партийной и общественной работой. Он избирался делегатом XXIV, XXV и XXVI съездов КПСС, член ЦК КПСС. Избран депутатом Верховного Совета РСФСР десятого созыва, а в сентябре 1984 года - депутатом Верховного Совета СССР одиннадцатого созыва.
Как бы ни были до предела заполнены делами службы дни Маршала Советского Союза Ахромеева, он находит время, чтобы выступить с лекцией, встретиться с воинами, ответить на письма избирателей.
Советское правительство высоко оценило заслуги Сергея Фёдоровича Ахромеева перед Родиной. В 1982 году Указом Президиума Верховного Совета СССР С. Ф. Ахромееву присвоено звание Ге-роя Советского Союза. Он удостоен четырёх орденов Ленина, двух орденов Красной Звезды, ордена «За службу Родине в Вооружённых Силах СССР» III степени, многих медалей. Отмечен орденами и медалями многих стран, социалистического содружества.
В 1983 году наш земляк отметил своё 60-летие. Среднего роста, крепко сбитый, Сергей Фёдорович подтянут, энергичен. Он в расцвете творческих сил.
В зрелом возрасте человек оглядывается назад. Оценивает сделанное, анализирует поступки, сокрушается по поводу упущенных возможностей, сравнивает различные периоды. Сергей Фёдорович Ахромеев говорит так:
Как кадровый офицер, - я горд тем, что принёс и приношу пользу нашей армии, нашей Родине во время войны и в мирные дни.
За этими словами – большой смысл.
Ахромеев Сергей Федорович родился 5 мая 1923 г. в селе Виндрей Спасского уезда Тамбовской губернии (ныне Торбеевский район, Республика Мордовия) в семье крестьянина. Его отец попал под раскулачивание (умер в конце 1940-х годов в Средней Азии), а мать после развода с мужем в 1928 г. уехала с детьми в Москву, где устроилась на работу на завод «Красный богатырь».
В 1940 г. С.Ф. Ахромеев окончил 10 классов военно-морской специальной школы № 381 города Москвы и поступил в Высшее военно-морское училище им. М.В. Фрунзе в городе Ленинграде (ныне Санкт-Петербург).
Начало Великой Отечественной войны 1941-1945 гг. он встретил на военно-морской базе Балтийского флота в Либаве (ныне Лиепая, Латвия), где проходил практику после окончания первого курса военно-морского училища.
В сентябре - декабре 1941 г. в составе объединенного курсантского стрелкового батальона Высшего военно-морского училища им. М.В. Фрунзе и Военно-морского пограничного училища НКВД участвовал в обороне Ленинграда.
С января по март 1942 г. Сергей Федорович находился на лечении в госпитале после ранения в ногу и обморожения, полученных на Ленинградском фронте, а затем был направлен продолжать учебу в военно-морское училище им. М.В. Фрунзе, эвакуированное к тому времени в город Астрахань.
 Курсант военно-морского училища С.Ф. Ахромеев. 1941 г. |
С мая по август 1942 г. он курсантом проходил практику на Черноморском флоте, командуя расчетом орудия на корабле. В августе 1942 г., в связи с наступлением противника на Кавказе и к Волге, а также большим некомплектом командного состава в пехоте, курсанты 1-го и 2-го курсов военно-морского училища были направлены во 2-е Астраханское пехотное училище, где прошли двухмесячный курс подготовки лейтенантов. В октябре этого же года С.Ф. Ахромееву присвоили воинское звание лейтенанта. С октября по ноябрь 1942 г. лейтенант Ахромеев, командуя взводом автоматчиков 152-й отдельной стрелковой бригады, участвовал в Сталинградской битве, воевал в калмыцких степях в районе Халхута, Яшкуль, Улан Эрге. |
Затем проходил службу адъютантом старшим батальона, помощником начальника штаба в 197-м армейском запасном стрелковом полку 28-й армии на Сталинградском и Южном фронтах. В апреле 1943 г. ему присвоили воинское звание старший лейтенант.
С июля 1943 г. С.Ф. Ахромеев - адъютант старший мотострелково-пулеметного батальона 140-й танковой бригады, переформированной позднее в 14-ю самоходно-артиллерийскую бригаду 28-й, а потом 5-й ударной армий на Южном и 4-м Украинском фронтах.
В июле - декабре 1943 г. он участвовал в прорыве обороны противника на реке Миус, в освобождении Донбасса, и в боях в Таврии. В августе 1943 г. получил контузию.
В представлении на С.Ф. Ахромеева к очередному воинскому званию «капитан», которое он получил в октябре 1943 г., отмечалось: «Тактически грамотный командир. В боях за освобождение Донбасса и Запорожской области от врага умело и своевременно доводил боевые приказы и приказания командира до подчиненных. Находясь в боевых порядках рот, своим личным примером и смелостью воодушевлял личный состав батальона на подвиги. За мужество и отвагу, проявленные в боях с немецко-фашистскими захватчиками, награжден орденом Красная Звезда».
С июля 1944 г. Сергей Федорович временно исполнял должность командира мотобатальона автоматчиков 14-й самоходно-артиллерийской бригады резерва Верховного Главнокомандования Харьковского, а затем Московского военных округов.
С ноября 1944 по июнь 1945 г. он пришел обучение в Высшей офицерской школе самоходной артиллерии бронетанковых и механизированных войск Красной армии по специальности - «начальник штаба полка самоходной артиллерии».
После окончания офицерской школы служил на должностях: заместителя командира 2-го самоходно-артиллерийского дивизиона СУ-76 14-й самоходно-артиллерийской бригады, а затем командовал 2-м танковым батальоном 14-го отдельного танкового полка Учебного центра самоходной артиллерии бронетанковых и механизированных войск Московского военного округа.
В феврале 1947 г. С.Ф. Ахромеев был назначен командиром батальона ИСУ-122 14-го тяжелого танкосамоходного полка 31-й гвардейской механизированной дивизии Закавказского военного округа.
В июле 1952 г. окончил с золотой медалью командный факультет Военной академии бронетанковых и механизированных войск им. И.В. Сталина (во время учебы ему присвоили воинские звания - майор и подполковник) и получил назначение на должность начальника штаба 190-го танкосамоходного полка 39-й армии Приморского военного округа. В аттестации на выпускника академии был сделан вывод: «По своим деловым и политическим качествам достоин оставления адъюнктом кафедры тактики высших соединений при академии или на должность начальника оперативного отделения дивизии».
С марта 1955 г. С.Ф. Ахромеев служил в Дальневосточном военном округе на должностях: начальника штаба 63-го механизированного полка 39-й армии, старшего офицера 3-го отдела Управления боевой подготовки штаба военного округа, командиров 76-го, а затем 184-го танковых полков, заместителя командира 47-й гвардейской мотострелковой дивизии, начальника штаба 46-й танковой дивизии 5-й армии. В декабре 1956 г. ему присвоили воинское звание полковника.
В аттестации на командира танкового полка С.Ф. Ахромеева, составленной в 1957 г., указывалось: «Грамотный, трудолюбивый, энергичный и инициативный командир полка. Правильно учит и воспитывает своих подчиненных. Твердой рукой наводит порядок и дисциплину в полку. Боевая и политическая подготовка в части хорошая, а огневая подготовка танкистов - отличная».
 Генерал-майор Ахромеев Сергей Федорович. 1965 г. |
В декабре 1960 г. С.Ф. Ахромеева перевели в Белорусский военный округ, где он командовал 36-й, а затем 45-й гвардейской учебной танковыми дивизиями. В апреле 1964 г. ему присвоили воинское звание генерал-майора и направили на учебу в Военную академию Генерального штаба Вооруженных сил СССР. В июле 1967 г., по окончании с золотой медалью академии Генерального штаба, его назначили начальником штаба - первым заместителем командующего 8-й танковой армии Прикарпатского военного округа, а в октябре 1968 года - командующим 7-й танковой армией в Белорусском военном округе. |
В 1969 году С.Ф. Ахромееву присвоили воинское звание генерал-лейтенанта.
В мае 1972 г. С.Ф. Ахромеева перевели на должность начальника штаба - первого заместителя командующего войсками Дальневосточного военного округа. В январе 1974 г. командующий войсками Дальневосточного военного округа генерал армии (впоследствии Маршал Советского Союза) В.И. Петров в аттестации на своего заместителя написал: «Твердо знает теорию и практические вопросы организации и ведения фронтовой операции. Оперативную обстановку оценивает глубоко, делает правильные выводы и обоснованные предложения. На стратегическом учении «Восток-72» и стратегическом штабном тренировочном занятии «Восток-73» с задачами справился успешно... Вывод: Достоин назначения на должность начальника Главного оперативного управления Генерального штаба. Глубоко убежден, что тов. Ахромеев С.Ф. и с этой высокой обязанностью справится с честью».
В марте 1974 г. генерал-лейтенанта С.Ф. Ахромеева назначают начальником Главного оперативного управления Генерального штаба (с 1976 г. и заместителем начальника Генерального штаба) Вооруженных сил СССР, и в октябре того же года ему присвоили воинское звание генерал-полковника.
Во второй половине 1970-х годов Главное оперативное управление являлось своего рода штабом внутри Генерального штаба. В его функции входило: планирование применения армии и флота, их строительство, развертывание и совершенствование, а также оперативная подготовка высших штабов. Кроме того Главное оперативное управление являлось основной военной экспертной организацией для политического руководства советского государства на международных переговорах по сокращению ядерных и обычных вооружений.
В аттестации на С.Ф. Ахромеева, составленной в 1978 г. начальником Генерального штаба Маршалом Советского Союза Н.В. Огарковым, отмечалось: «Главным оперативным управлением руководит уверенно, обладает хорошими организаторскими способностями. Твердо изучил и хорошо знает состояние и перспективы развития наших Вооруженных сил и вероятного противника. Волевой и решительный генерал. Ответственности и трудностей в работе не боится».
С.Ф. Ахромеев в своих выступлениях в прессе подчеркивал, что в Генеральном штабе Вооруженных сил СССР одними из первых стали отчетливо понимать опасность сохранения огромного арсенала ядерного и обычного оружия, накопленного за много лет противостояния двух военно-политических блоков - Варшавского договора и НАТО. В 1975-1976 гг., после завершения совещания в Хельсинки по безопасности и сотрудничеству в Европе, по его инициативе был разработан проект «замораживания военных расходов», за счет сокращения серийных поставок вооружения в войска и на флот, который военно-политическое руководство страны признало преждевременным.
В начале 1979 г. С.Ф. Ахромеев, как военный специалист, участвовал в подготовке Договора об ограничении стратегических наступательных вооружений (ОСВ-2), подписанного Генеральным секретарем ЦК КПСС Л.И. Брежневым и президентом США Дж. Картером в июне 1979 г., но который не был ратифицирован Сенатом США в связи с вводом советских войск в Афганистан.
В феврале 1979 г. С.Ф. Ахромеева назначили первым заместителем начальника Генерального штаба Вооруженных сил СССР, а в апреле того же года ему присвоили воинское звание генерала армии. Возглавляя оперативную группу Министерства обороны СССР на территории Туркестанского военного округа, он занимался формированием, боевым слаживанием и обеспечением частей и соединений группировки советских войск, готовившейся к вводу в Афганистан.
С декабря 1979 г. С.Ф. Ахромеев, как начальник штаба Оперативной группы Министерства обороны СССР в Афганистане, решал военно-политические вопросы, связанные с координацией боевых действий ограниченного контингента советских войск и афганских правительственных сил, а также с оказанием помощи в строительстве армии ДРА. С 1980 по 1982 годы он неоднократно находился в длительных служебных командировках на территории Афганистана.
В мае 1982 г. С.Ф. Ахромееву «за проявленные воинское мастерство, личное мужество и героизм при проведении мероприятий по оказанию интернациональной помощи ДРА и обеспечению безопасности СССР, присвоили звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали «Золотая Звезда».
Одновременно в этот период С.Ф. Ахромеев являлся секретарем Совета обороны СССР, где непосредственно участвовал в подготовке документов по дальнейшему развитию и совершенствованию советских Вооруженных сил.
В 1981 г. за исследование и разработку новых систем автоматизированного управления Вооруженными силами ему была присуждена Ленинская премия.
В марте 1983 г. С.Ф. Ахромееву присвоили воинское звание Маршал Советского Союза. Он стал единственным военачальником за всю историю советских Вооруженных сил, кто стал Маршалом Советского Союза, будучи первым заместителем, а не начальником Генерального штаба.
В сентябре 1984 г. С.Ф. Ахромеева назначили на должность начальника Генерального штаба Вооруженных сил СССР - первого заместителя министра обороны СССР.
Во второй половине 1980-х годов Генеральный штаб во взаимодействии с другими органами военного управления спланировал и провел в советских Вооруженных силах кардинальные преобразования, которые были обусловлены курсом «перестройки» внутренней и внешней политики государства, принятым в 1985 г. политическим руководством СССР. С.Ф. Ахромеев считал, что в новых условиях диапазон деятельности Генерального штаба значительно расширился - он стал не только «мозгом армии», но и генератором новых идей - органом, вырабатывающим предложения для заинтересованных государственных ведомств по наиболее важным военно-политическим и военно-техническим вопросам.
При участии С.Ф. Ахромеева была разработана в Генеральном штабе и принята в мае 1987 г. новая Военная доктрина СССР, носившая оборонительный характер. В основу военного строительства был положен принцип разумной достаточности для обороны в пределах сохранения военного паритета между СССР и США и их союзниками, а его эффективность связывались в первую очередь с качественными параметрами - как в отношении оружия и военной техники, так и личного состава Вооруженных сил.
В 1988-1989 гг. Генеральный штаб спланировал и провел совместно с командованием и штабами войск Южного направления, Туркестанского военного округа и 40-й армии поэтапный вывод советских войск из Афганистана, а также осуществил комплекс мер по повышению боеспособности афганской армии, чтобы она могла самостоятельно вести боевые действия с антиправительственными силами. Сразу после назначения Б.В. Громова на должность командующего 40-й армией, начальник Генерального штаба С.Ф. Ахромеев сказал ему: «Необходимо сделать все, чтобы сократить риск для солдат и офицеров. Жизнь молодых ребят - самое дорогое, что у нас есть в Афганистане. Кроме того, с нашей стороны все усилия должны быть направлены на вывод Ограниченного контингента советских войск. Причем, - уточнил маршал, - это будет организованный вывод, а не бегство».
В апреле 1986 г., после аварии на Чернобыльской АЭС, С.Ф. Ахромеев занимался организацией и проведением мобилизационного развертывания войск, переброски их по воздуху и железной дороге в район катастрофы. Личный состав Вооруженных сил осуществлял: радиационную разведку, дезактивацию местности, укрытие зараженных отходов, участвовал в захоронении аварийного блока.
Во второй половине 1980-х годов активизировались межгосударственные переговоры по сокращению вооружений и контролю над сферой военной деятельности. С.Ф. Ахромеев, в качестве специалиста по военным вопросам, участвовал во встречах между руководителем Советского государства М.С. Горбачевым и президентами США Р. Рейганом, а затем и Дж. Бушем в Рейкьявике, Вашингтоне и Москве, на Мальте в результате которых были достигнуты договоренности по вопросам разоружения в Европе.
В 1988 г. состоялись: в марте месяце первая в истории отношений США и СССР встреча в городе Берне (Швейцария) министров обороны этих государств, а в сентябре первый официальный визит в Вашингтон начальника Генерального штаба Вооруженных сил СССР. Личные контакты между министром обороны СССР Д.Т. Язовым и министром обороны США Ф. Карлуччи, а также начальником Генерального штаба С.Ф. Ахромеевым и председателем Комитета начальников штабов адмиралом У. Кроу, способствовали укреплению взаимного доверия в вопросах сокращения вооружений.
С. Ф. Ахромеев и Г. М. Корниенко - депутаты Верховного Совета СССР,
в перерыве одного из его заседаний в 1985 г.
С 1984 по 1988 гг. С.Ф. Ахромеев избирался депутатом Верховного Совета СССР от Молдавской Советской Социалистической Республики. С 1981 года он кандидат, а с 1983 года - член ЦК КПСС.
В декабре 1988 г. С.Ф. Ахромеева по его личной просьбе, связанной с состоянием здоровья, освободили от должности начальника Генерального штаба, и он был назначен генеральным инспектором Группы генеральных инспекторов Министерства обороны СССР.
Около 15 лет прослужил С.Ф. Ахромеев в Генеральном штабе, из них четыре года его начальником. Он возглавлял Генеральный штаб в переломное время, когда осуществлялся поиск новых форм и способов обеспечения безопасности советского государства в обстановке разрушения связей с союзниками - странами Варшавского договора, и перехода от открытой конфронтации к политике компромиссов и соглашений в отношениях между СССР и США. Маршал Советского Союза Д.Т. Язов и генерал армии М.А. Гареев характеризовали С.Ф. Ахромеева по совместной службе, как человека и военачальника высокой чести и достоинства, который всегда оставался верным присяге и долгу.
С. Ф. Ахромеев с председателем Комитета начальников штабов США адмиралом У. Крау
в ходе военных учений в США
В 1989-1990 гг. С.Ф. Ахромеев был военным советником М.С. Горбачева - Председателя Верховного Совета СССР и Верховного Главнокомандующего Вооруженными силами, с марта 1990 г. Президента СССР. Он занимался разработкой и анализом предложений по наиболее важным вопросам военной политики, а также ведения переговоров с США и государствами НАТО, касавшихся ядерных и обычных вооружений.
В 1989 г. на I Съезде народных депутатов СССР С.Ф. Ахромеева избрали в состав Верховного Совета СССР. С парламентской трибуны он активно противостоял нападкам на армию и флот, призывам к развалу Советского Союза и демонтажу социалистического строя, попыткам фальсификации истории Великой Отечественной войны.
В книге «Глазами маршала и дипломата. Критический взгляд на внешнюю политику СССР до и после 1985 года» С.Ф. Ахромеев отмечал: «Шесть лет перестройки (1985-1991 гг.) для Вооруженных сил были нелегкими и даже драматическими. Автор, как военный, еще в 1986 году, зная о круто меняющемся курсе нашей внешней политики и реформах в экономике, предполагал, что армии и флоту предстоят нелегкие дни и большие испытания. Однако большинство из нас, военных руководителей, никак не предполагали, что перестройка примет такой стихийный разрушительный, а часто и антисоциалистический характер...».
События, связанные с процессом распада Союза ССР и его Вооруженных сил, служению которым С.Ф. Ахромеев посвятил всю жизнь, стали основной причиной трагической гибели военачальника, последовавшей 24 августа 1991 г.
За день до смерти он написал: «У меня складывается убеждение, что мы уже теряем Отечество, не создав на его месте ничего другого. Но ведь в этих трех понятиях - государство, народ, вооруженные силы - для меня, как и для миллионов других людей, заключается смысл жизни. Выходит, что он теперь утрачивается. Нужно же, наконец, по-настоящему задуматься над этим, опомниться и сохранить Родину, пока над ее живым телом идет противоборство враждующих сил».
Похоронили Маршала Советского Союза на Троекуровском кладбище в Москве.
За ратную службу он награжден: четырьмя орденами Ленина, орденами Октябрьской Революции и Отечественной войны 1-й ст., двумя орденами Красной Звезды, орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» 3-й ст., а также медалями и иностранными наградами.
Сергей Корин,
старший научный сотрудник Научно-исследовательского
института военной истории ВАГШ ВС РФ,
кандидат исторических наук
Звание и должность этот человек заслужил самостоятельно, без обращения к родственным связям или деньгам. С первых дней Великой Отечественной войны он служил ротным командиром. Участвовал в знаковых сражениях под Ленинградом, а также защищал сложный Сталинградский и Украинский фронт. После войны карьера Сергея Федоровича пошла вверх. И в 1982 году ему присвоено звание Героя СССР, а через год Ахромеев - маршал Советского Союза. Двое детей, внуки, жена, любовь к Родине - все прекрасно. Но 24 августа 1991 года тело Сергея Федоровича находят мертвым, повешенным на оконной ручке и в сидячем положении.
Образование
Военная служба у Сергея Федоровича началась в 17 лет, когда он поступил в военно-морское училище. Спустя год юноша вынужден был отправиться в составе стрелкового батальона курсантов на защиту Ленинграда. После блокады его вес был до 40 кг, а отмороженные конечности, которые намеревались ампутировать медики, чудом остались при Ахромееве. В 1942 году парень проходит курсы лейтенантов при Астраханском училище, по окончании которых становится командиром стрелкового взвода, а в 1944-м он является командиром батальона автоматчиков.
В 1945 году Сергей завершает учебу в Высшей офицерской школе. Прекращать повышать знания в военной сфере не собирается будущий маршал Ахромеев. Биография Сергея Федоровича в плане образования содержит такой список достижений:
- 1952 год - Академия бронетанковых войск, золотая медаль;
- 1967 год - Академия генерального штаба, И в этом же году становится начальником штаба армии.
Семья
Когда в кругу родных и близких все гладко и по любви, лишний раз не хочется делиться с окружающими какой-либо информацией. Видимо, и в семье Ахромеевых было все благополучно, поскольку сведений о родственниках в биографии мало.
Известно, что со своей женой Тамарой Сергей познакомился в Московской школе № 381 во время совместной учебы. Когда служил командиром батальона на Дальнем Востоке будущий маршал Ахромеев, семья его пополнилась еще одним человеком. У них родилась дочка Татьяна. Перебравшись в Москву, Сергей и Тамара становятся родителями второй раз. К этому времени Сергею Федоровичу дают звание генерала.
Служба при Горбачеве
К середине 80-х Сергей Федорович был одним из тех, кто считал, что власти необходима перезагрузка. Поэтому с выбором генсека в лице Михаила Сергеевича у Ахромеева появилось желание работать. Он увидел в Горбачеве заинтересованность и намерения понять армейские проблемы.
Будучи министром обороны и другом Сергея Федоровича, в одном интервью рассказывал, что до событий 1991 года Ахромеев стремился попасть в «райскую группу». Это негласное название общества при министре обороны, созданное еще при Сталине. Но не суждено было в нее войти, поскольку Горбачев предложил Сергею Федоровичу должность своего советника.
Это обстоятельство стало роковым. Ахромеев - маршал Советского Союза - не хотел видеть, как сверхдержава рушит свою систему безопасности.
Предыстория подписания договора о разоружении
Когда советником президента при Горбачеве стал маршал Ахромеев, биография последнего принимает новую веху, которая привела Сергея Федоровича к тайной смерти. Еще в 1970 годах в Америке и СССР была создана техника по наведению ракет, позволяющая достигать точности попадания в цель. Это стало началом гонки в развитии системы обороны в ядерной сфере. В 1976 году Устиновым принимаются решения о наращивании межконтинентальных баллистических ракет (МБР) для прикрытия западного направления с боеголовкой, способной поразить несколько целей одновременно. Когда на границах Советского Союза было уже размещено 300 ракет, а в Европе предполагалось развернуть 572 американских ракеты, начались между странами переговоры.
Диалог, начавшийся в 1980 году, приобрел компромиссные черты после смерти Д. Ф. Устинова. До этого переговоры по космическим вооружениям и «евроракетам» Советский Союз намеревался проводить в одной плоскости. И в начале 1986 года М. С. Горбачев выдвигает программу постепенной ликвидации ядерного оружия, которая рассматривается как уступка СССР.
Разоружение
Предложенная Горбачевым программа настораживала Японию, а позднее и КНР тем, что СССР перенаправит ракеты на эти страны. В конце 1987 года разрешение вопроса заключалось в уничтожении ракет средней и малой дальности под контролем специалистов-инспекторов.
Ахромеев - маршал Советского Союза - докладывал тогда Горбачеву, что разоружение происходит в одностороннем порядке и СССР теряет свою боеспособность. В реальности Америка уничтожала устаревшую военную мощь, в то время как ракеты морского базирования, которые представляли опасность в виде ядерного оружия, предусмотренного для контроля над советской страной, США сохранили. Как рассказывает историк, писатель Александр Широкорад, Советский Союз уничтожил большую часть ракет Р-36, которые в Америке были прозваны «сатаной».
США уничтожили ракеты средней дальности в количестве 100 штук, а в СССР - в пять раз больше. А формально оба государства должны были разоружиться в равном количестве.
Финальный поступок, окончательно разочаровавший Ахромеева в политике Горбачева, — это уничтожение лучшего вооружения «Ока», не подпадавшего по параметрам к тем, которые подлежали уничтожению по договору. Но после приезда госсекретаря США Шульца Михаил Сергеевич соглашается сократить оперативно-тактический комплекс. Сергей Федорович понимает всю глупость ситуации и просит Горбачева этого не делать. На что последний сказал категорическое «нет».
Смерть маршала Ахромеева
В августе 1991 года Сергей Федорович с женой и внучками отдыхал в Сочи. О том, что готовится государственный переворот, он не знал, хотя и был в дружбе с Язовым, тогдашним министром обороны. 19-го числа того же месяца и года Ахромеев вылетел в Москву. В это время при Кремле создавался комитет по чрезвычайным ситуациям, который выступал против реорганизации СССР в По приезде в Москву Сергей Федорович предложил одному из членов ГКЧП свою помощь в сборе информации с мест. В этом и заключалось его участие, но членом ГКЧП он не был.
Неудача путча сильно расстроила Сергея Федоровича, после него маршал Ахромеев (родственники позднее говорили об этом в интервью) ждал ареста. 25 августа безжизненное тело нашли в кремлевском кабинете. Он сидел, а на шее была петля из почтового шпагата.
Сомнения в самоубийстве
Смерть Сергея Ахромеева остается загадкой: самостоятельно ли он предпринял меры или была помощь со стороны? Первое, на что ссылаются исследователи в пользу умышленного убийства, - это позорная смерть, которую не мог позволить себе офицер, ведь Ахромеев - маршал Советского Союза. Виселица считалась орудием убийства для изменников родины, а он таковым не был.
Второе сомнение в самоубийстве - настроения Сергея Федоровича накануне. Перед смертью (убийством) он не был угнетен, наоборот, Ахромеев вечером 23 августа гостил у дочери, а на следующий день, перед уходом на работу, пообещал внучке совместную прогулку по возвращении. Поведение было спокойное, а по официальной версии, он уже мысленно готовил себе петлю.
Есть версия, что он сам наложил на себя руки, но искусственно, то есть его к этому подвели. Вероятнее всего, дали что-то съесть или выпить. Труп офицера пролежал в кабинете 10 часов, никто не интересовался судьбой Сергея Федоровича, кроме семьи, которая не клала телефонную трубку в надежде, что на обратном конце ответит родной человек.
Тайна гибели маршала Ахромеева, похороны
Из всего вышесказанного примечательно то, что советский военачальник не заслужил покоиться ни на Ваганьковском, ни на Новодевичьем кладбище. Некролог не был опубликован в газете «Правда», а провожать его в последний путь пришло скудное количество людей.
Без почестей и без положенного по рангу ритуала был похоронен Маршал Ахромеев. Фото скромной могилы вы можете увидеть выше. Это все, что осталось от принципиального и мужественного Сергея Федоровича.
Даже когда он уже был в земле, совершается не христианский, не человечный акт по отношению к покойному Сергею Федоровичу: раскопка могилы Ахромеева и снятие мундира с медалями. Рассматривать этот факт как способ наживы неразумно, ведь всегда существуют другие способы легкого заработка. А вот то, что этот вандальский акт был совершен для скрытия улик, многим исследователям и историкам кажется уместным.
(*5.05.1923 - † 24.08.1991) - Маршал Советского Союза.
В годы Великой отечественной войны - младший офицер, был награждён за участие в обороне Ленинграда во время блокады. Принимал участие в боях с немецко-фашистскими захватчиками на Ленинградском, Сталинградском, Южном и 4-м Украинском фронтах.
С 1974 года - заместитель начальника генштаба ВС СССР, с 1979 года - первый заместитель; в 1984-1988 гг. - Начальник Генерального штаба Вооружённых сил СССР, первый замминистра обороны СССР.
В 1982 году Ахромееву присвоено звание Героя Советского Союза. В 1983 году получил звание маршала.
С 1988 года - советник председателя Президиума ВС СССР, с мая 1989 года - советник председателя ВС СССР. С марта 1990 года - советник Президента СССР.
В 1984-1989 гг. - депутат Верховного Совета СССР. В марте 1989 года избран народным депутатом СССР. Член Верховного Совета СССР, Комитета ВС СССР по вопросам обороны и безопасности.
В должности начальника Генерального Штаба неоднократно участвовал в переговорах, положивших конец «холодной войне». Вместе с тем росли его разногласия с М. С. Горбачёвым; он высказывал несогласие с военной реформой и ослаблением советской военной мощи, в связи с чем ушёл в отставку.
Ахромеев подал в отставку после решения Горбачева об уничтожении новейшей и самой высокоточной советской баллистической ракеты - "Ока" (SS-23) под сурдинку договора о РСМД, несмотря на то, что "Ока" не попадала под него ни по каким параметрам.
Ахромеев не был членом ГКЧП и узнал о его создании лишь утром 19 августа, когда находился с женой Тамарой Васильевной и внуками на отдыхе в Сочи. Но он решил вернуться в Москву, оставив родных в санатории. В Кремле маршал был уже вечером 19 августа, и в 22 часа он встретился с вице-президентом Г.Янаевым.
Ахромеев сказал, что он поддерживает Обращение ГКЧП и готов помогать. Ночь он провел на своей даче, где жила его младшая дочь со своей семьей. Весь день 20 августа Ахромеев работал в Кремле и в здании Министерства обороны, собирая информацию о военно-политической обстановке в стране. Ночевал он в своем кабинете - на раскладушке. Отсюда звонил жене в Сочи.
22 августа Ахромеев узнал о возвращении Горбачева, об аресте министра обороны Д.Язова. С Горбачевым Ахромеев не встречался. Он начал готовить свое письмо Горбачеву, а также текст выступления на сессии Верховного Совета, которая была намечена на 26 августа. В его записной книжке, которую потом отдали родным, было на этот счет много записей, в том числе и такая:
"Почему я приехал в Москву из Сочи? Никто меня не вызывал. Я был уверен, что эта авантюра потерпит поражение, а, приехав в Москву, лично убедился в этом. Но с 1990 года наша страна идет к гибели. Горбачев дорог, но Отечество дороже! Пусть в истории хоть останется след - против гибели такого великого государства протестовали".
Хотя после провала ГКЧП Ахромееву не были предъявлены обвинения в участии в попытке переворота, Маршал Советского Союза, Герой Советского Союза Ахромеев С.Ф. покончил жизнь самоубийством в своём служебном кабинете № 19 "а" корпуса № 1 Московского Кремля после неудавшейся попытки отстранения от власти Президента СССР в период деятельности (19-21 августа 1991 года) Государственного комитета по чрезвычайному положению в СССР, оставив предсмертную записку, объясняющую мотивы ухода из жизни:
"Не могу жить, когда гибнет моё Отечество и уничтожается всё, что считал смыслом моей жизни. Возраст и прошедшая моя жизнь мне дают право из жизни уйти. Я боролся до конца".
По свидетельству дочерей маршала Натальи и Татьяны, вечером 23 августа их отец не выглядел подавленным. Все собрались за ужином, купили большую дыню, обсуждали последние события. Утром в 9 часов маршал отправился в Кремль, обещал вечером погулять с внучками. Уже из Кремля говорил с Татьяной о встрече матери, она возвращалась в Москву в 3 часа дня. Но уже через час после этого разговора Ахромеев был мертв. Как можно судить по запискам, маршал думал о самоубийстве уже 23 августа, но были какие-то колебания. Но именно утром 24 августа по радио и телевидению было передано заявление М.Горбачева о сложении с себя полномочий Генерального секретаря, а также его призыв к самороспуску ЦК КПСС. Некоторые из друзей Сергея Федоровича считали, что именно это стало последней каплей - слишком необычным для военного был избранный им способ самоубийства.
Маршал Ахромеев был достойным военачальником и пользовался большим уважением в армии и в партии. Он начал войну в 1941 году заместителем командира взвода морской пехоты, а завершил ее командиром батальона. В 1979-1988 гг. он был первым заместителем начальника, а потом и начальником Генерального штаба и первым заместителем министра обороны СССР. Он руководил планированием военных операций в Афганистане на всех этапах, включая и вывод войск. На переговорах о сокращении вооружений Ахромеев был главным экспертом, и Горбачев признавал, что без него эти переговоры были бы менее успешными.
Маршал тяжело переживал ту антиармейскую кампанию, которую вела значительная часть прессы в 1989-1990 гг., не встречая противодействия у Горбачева. Ахромеев часто выступал по этому поводу на заседаниях Съезда народных депутатов и Верховного Совета СССР.
О самоубийстве маршала по телевидению сообщили вечером 25 августа, немного подробнее об этом же писали газеты 26 августа, но со ссылкой на Генеральную прокуратуру СССР. Сообщалось, что идет следствие. Никакого некролога не было и после 26 августа. Ни Президент страны, ни новый министр обороны СССР маршал авиации Евгений Шапошников не выразили по поводу смерти Ахромеева никаких публичных соболезнований.
Наибольшее внимание к судьбе покойного маршала проявил американский адмирал Уильям Кроув, который во времена Р. Рейгана занимал пост председателя Комитета начальников штабов США - в Америке это высший пост для профессиональных военных. У. Кроув провел много времени c Ахромеевым на разного рода переговорах по военным вопросам и проникся к нему глубоким уважением. Адмирал несколько раз пытался дозвониться до родных Ахромеева в Москву, но неудачно. В конце концов он попросил знакомых ему американских журналистов в Москве разыскать в советской столице жену и дочерей покойного маршала и высказать им соболезнование. Он просил также возложить венок на могилу своего коллеги.
Именно адмирал У. Кроув написал первый большой некролог, посвященный памяти маршала Ахромеева и опубликованный в сентябре 1991 года в американском журнале "Тайм". "Маршал Сергей Ахромеев,- писал адмирал, - был моим другом. Его самоубийство - это трагедия, отражающая конвульсии, которые сотрясают Советский Союз. Он был коммунистом, патриотом и солдатом. И я полагаю, что именно так он сказал бы о себе сам. При всем своем великом патриотизме и преданности партии Ахромеев был современным человеком, который понимал, что многое в его стране было ошибкой и многое должно быть изменено, если Советский Союз намерен и впредь оставаться великой державой... Несмотря на его желание перемен, он не предвидел, куда приведут реформы в будущем... Он был предан идеалам коммунизма и очень гордился тем, что все, что у него было, не намного превосходило то, что он носил на себе. Его узкие представления о капитализме были причиной нашего самого жаркого спора. В конце концов он не смог примирить свои противоречивые убеждения с тем, что захлестывало его. Это не умаляет его вклада в контроль над вооружениями, в создание более конструктивных советско-американских отношений и в уменьшение напряженности, сковывавшей наши страны 45 лет. Это был человек чести".
Статья в "Тайм" сопровождалась фотографией - маршал Ахромеев и адмирал Кроув стоят рядом на военных учениях, наблюдая за воздушным десантом. Это были самые масштабные военные учения в 80-е годы, которые проводились в США с 6 по 10 июля 1988 года и охватывали территорию штатов Северная Каролина, Техас, Южная Дакота. Были показаны действия крупных подразделений сухопутных войск, ВВС и ВМС США и их взаимодействие. Как профессиональный военный Ахромеев был восхищен, но как патриот удручен. В Советском Союзе он уже не мог показать американским военным профессионалам подобной картины...
В ноябре 1991 года прокуратура РФ прекратила уголовное дело в отношении С.Ф. Ахромеева по факту его участия в деятельности ГКЧП ввиду отсутствия состава преступления. Следствие пришло к выводу, что хотя С.Ф. Ахромеев принял участие в работе ГКЧП и выполнил по заданию заговорщиков ряд конкретных действий, однако по содержанию этих действий нельзя судить о том, что умысел Ахромеева был направлен на участие в заговоре с целью захвата власти.
Многие знавшие характер Ахромеева, не могли поверить в то, что он совершил самоубийство и полагали, что в действительности он был убит. Возможно, он и был убит -- убийством своей страны.
Один из жж-истов пишет (20.8.2006):
Сегодня смотрел фильмы про 19.08 по ОРТ и по РТР. Больше всего произвели впечатление кадры с повешенным маршалом Ахромеевым. Он повесился на оконном замке. На какой-то проволоке или шнурке... Я помню Ахромеева по выступлениям на Съезде народных депутатов СССР. Это был фанатик, искренне преданный коммунистической идее. Он вызывал у меня ненависть, потому что я понимал, что этот человек будет биться до конца. В отличие от янаевых, язовых и стародубцевых маршал Ахромеев верил в свои идеалы и покончил с собой, когда понял, что его Советский Союз кончается. Сейчас такое трудно себе представить...
Через несколько дней после скромных похорон на Троекуровском кладбище г. Москвы могила его была осквернена. Мерзавцы вырыли гроб, сняли с покойного парадный мундир - и пришлось маршала хоронить во второй раз…
